GeoMan.ru: Библиотека по географии








предыдущая главасодержаниеследующая глава

Глава девятая. Перед отплытием

В сердце моем возгорелось великое пламя - я пожелал предпринять нечто замечательное.

(Слова Себастиана Кабота, обращенные к венецианским синьорам).

Хаклюйт, "Путешествия" (изд. 1598-1600), III, 6.

Наконец, все было готово. Экспедиция в неведомые моря, о котором мечтал дон Жуан II, столько лет отдававший ему все свои помыслы и труды, была накануне осуществления. Истекали последние дни; суда и снаряжение были уже в готовности, продовольствие и пресная вода - на борту, команда с нетерпением ожидала выхода в море. Гаме и его офицерам оставалось лишь предстать перед королем Мануэлом, чтобы получить официальный приказ об отплытии и королевское напутствие.

Удивительно и необъяснимо, что не велось никаких официальных отчетов, ни иных записей, рассказывающих как о подготовке этой знаменательной экспедиции, так и о самом плавании. Почти невероятно, что путешествие, перед которым стояли такие большие цели и результаты которого были так важны, привлекло столь мало внимания хронистов того времени, что до нас дошли лишь немногие и не всегда точные описания различных событий, что даже важнейшие даты - выход флотилии в море и возвращение Гамы в Лиссабон - недостоверны. Неполные рассказы о плавании, немногие отрывки из документов и письма иностранцев, а также короля Мануэла - вот и все источники для истории этой экспедиции*.

* (Вполне вероятно, что многие материалы погибли до великого лиссабонского землетрясения 1755 года или во время его; тем не менее полное отсутствие официальных отчетов вызывает удивление.)

В хрониках есть расхождение по поводу того, где дон Мануэл простился с Га мой и его офицерами. Одни считают, что это произошло в Эворе, другие полагают - в Монтемор-у-Нову, а Корреа (на которого меньше всего можно полагаться в описаниях первого и второго плаваний Гамы), рассказавший об этом так красочно и с такими подробностями, утверждает, что местом встречи моряков с королем был Лиссабон. С большей достоверностью, однако, можно предполагать, что местом исторического прощания был Монтемор-у-Нову.

Монтемор-у-Нову, в восемнадцати милях восточнее Лиссабона, - один из старейших городов Португалии. Его старинный мрачный мавританский замок господствует над городом с юга. Хотя ныне он обратился уже в руины, его высокие башни и башенки и полуразрушенные стены все еще величественно возвышаются над городом и унылыми, меланхоличными окрестностями, по которым, прихотливо извиваясь, несет свои темные воды река Алмансор, заканчивая свой утомительный путь в Тежу. Там находился двор дона Мануэла и туда были вызваны на прием Гама и его капитаны.

Это было торжественное событие, и двор придал ему подобающую важность и пышность. Король не забыл ничего, что могло внести великолепие и блеск в эту церемонию. Он собрал влиятельнейших придворных и высокопоставленных сановников церкви. Они явились в своих церемониальных одеждах, зала аудиенции блистала всеми цветами радуги и была великолепна*, Гама, его брат Паулу и другие высшие офицеры кораблей были поименно названы и представлены королю, и он приветствовал их с трона, когда они собрались вокруг него.

* (Для читателя, который интересуется нравами той эпохи, будет не лишне указать, что в перечень чинов и слуг, состоящих во дворце инфанта дона Луиша, сына Мануэла, входило 633 человека - 213 пажей, 48 оруженосцев, 80 рыцарей, 47 капелланов и служек, 26 грумов, 36 форейторов - и только 1 прачка на весь дворец!)

Читая речь Мануэла, следует помнить знаменитое предупреждение Фукидида*, так как Барруш, сообщивший об этом факте и сохранивший речи короля и Гамы, писал свои "Декады" почти шестьдесят лет спустя после событий, о которых рассказывает:

* ("Я вложил в уста каждого оратора высказывания, приличествующие случаю, выражая их так, как, по-моему, выразил бы каждый да них, стараясь в то же время по возможности ближе передать общий смысл того, что было действительно сказано" (см. Thucydides, Peloponnesian War, I, 22).)

"...Поскольку, - начал король, - господу нашему угодно было, чтобы я, по его милости, взял в свои руки наследный скипетр королевства Португалии и получил благословение предков моих, от которых я его унаследовал и которые славными подвигами добились над врагами побед, приумноженных поддержкой верных вассалов и рыцарей, от коих происходите вы... то первейшим из помыслов моих, помимо радения о вас и о мирном и правосудном управлении, есть еще [забота] о том, каким образом могу я увеличить владения моего королевства, чтобы я смог более щедро воздать каждому должное по его заслугам.

И я, много думая о том, какое предприятие может принести нам наибольшие выгоды и почести и [может быть] достойным нашей великой славы [и] с помощью которого я могу попытаться выполнить это мое намерение - поскольку, слава богу, силой меча мы изгнали мавров из этих областей Европы и Африки, захватив главные порты королевства Фес и завоевав его, - я пришел к решению, что нет более подобающего предприятия для моего королевства - как я не раз с вами говорил, - чем поиски пути в Индию и в страны Востока. Я надеюсь, уповая на милость божию, что в этих землях, хотя и столь отдаленных от римской церкви, не только может быть провозглашена и воспринята благодаря нашим усилиям вера в господа нашего Иисуса Христа, сына божьего, и мы не только получим за это награду - славу и хвалу среди людей, - но и сможем, кроме того, приобрести царства и новые государства с большими богатствами, вырвав их силой оружия из рук варваров.

Ибо если бы мое королевство приобрело новые права, новые выгоды и доходы на побережье Эфиопии (Африки), весь путь к которой фактически уже исследован, насколько больше могли бы мы извлечь выгод при наших дальнейших поисках, если мы сможем обрести те восточные богатства, столь высоко ценимые древними авторами, - часть которых благодаря торговым сделкам уже способствовала возвеличению таких могущественных государств, как Венеция, Генуя, Флоренция и прочие великие общины Италии.

Итак, памятуя обо всех этих делах, которые нам уже известны, а также поскольку было бы [актом] неблагодарности богу отвергнуть то, что он столь благосклонно возлагает на нас, и оскорблением тех достопамятных государей, от коих я унаследовал это стремление, а также и обидою для вас, кои приняли в этом участие, если бы я стал пренебрегать им слишком долго, - я приказал снарядить четыре судна и они, как вы знаете, стоят в Лиссабоне со всем, что требуется для этого плавания, с которым связаны великие надежды.

И я вижу, что Васко да Гама, который присутствует здесь, хорошо показал себя во всех делах, вверенных или порученных ему. Я избрал его для этого похода как преданного кавалейру (рыцаря), достойного столь почетной миссии. Я надеюсь, что он, с соизволения божьего, сможет оказать такие услуги себе самому И мне, что вознаграждение за них будет памятником как ему, так и тем, кто разделит с ним труды, [которые должны быть] осуществлены во время плавания, ибо, уверенный в этом и зная обо всех [них], я избрал их его сподвижниками с той целью, чтобы они повиновались ему во всех делах, которые относятся к моей службе.

Итак, Васко да Гама, я вверяю вас им, а их вам, а всех вас вместе [я приобщаю] миру и согласию, которые столь могущественны, что преодолевают и побеждают все опасности и трудности, с ними легко переносить величайшие [тяготы] жизни, но каковы бы ни были эти трудности, которые встретятся на вашем пути, все же они, я полагаюсь на бога, будут меньшими, чем те, которые уже вынесены. И пусть благодаря вам мое королевство получит свою долю благодеяний".

Когда Мануэл окончил свою речь, все присутствующие, включая Гаму, преклонили колена и стали целовать руку короля* в благодарность за ту милость, которая была дарована ему [Гаме], как и всему королевству, поскольку король приказал [продолжать] поиски, проводившиеся столь много лет, забота о которых передана ему [королю] по наследству. Когда среди собравшихся, услышавших об этой милости, воцарилась тишина, Васко да Гама преклонил колено перед королем, который передал ему шелковое знамя с крестом ордена Христа** в центре; главой и постоянным руководителем этого ордена был король. Пока личный секретарь короля держал знамя в руках, Васко да Гама произнес ясным голосом клятву верности:

* ("При этом дворе [португальском] существует странный обычай целовать руку королю... Мы же не целуем руку императора" (Николай из Попелау).)

** (Орден Христа был основан, в 1319 году королем Динишем с целью получения имущества тамплиеров, когда их орден был упразднен папой Клементом V. Принц Генрих Мореплаватель использовал орден Христа для усиления морского могущества Португалии. В его руках (он был великим магистром) орден стал орудием его дальнейшей исследовательской и колонизаторской деятельности; большая часть доходов ордена ассигновалась на проведение в жизнь его честолюбивых замыслов.

[Король Диниш I (1261-1325), Бургундской династии, вступил на престол в 1279 году. Он стремился к ограничению власти духовенства и крупных феодалов и добился в этом направлении значительных успехов, опираясь, в частности, на организованный им орден Христа. Он содействовал развитию португальского торгового мореплавания и создал значительный для того времени военный флот. Заметную роль Диниш сыграл и в истории португальской культуры. Он основал в 1288 году португальский университет в Лиссабоне, перенесенный при нем же в 1307 году в Коимбру. Он был поэтом: до нас дошло около 150 его стихотворений.

Тамплиеры (храмовники) - духовно-рыцарский орден, образованный в Иерусалиме в первой четверти XII века (после первого крестового похода). После разгрома египетским султаном Саладином (Салах-ад-дин) Иерусалимского королевства тамплиеры, награбившие большие богатства, обосновались в различных странах католической Европы и ещё более увеличили свою финансовую мощь благодаря ростовщическим операциям и активному участию в международной торговле. Орден тамплиеров был ликвидирован папой Клементом V в 1312 году. - Прим. ред.])

"Я, Васко да Гама, которому сейчас вы, высочайший могущественный король и сюзерен, приказали отправиться открывать моря и земли Индии и Востока, клянусь этим знаком креста, на который я возлагаю мои руки, что в своем служении богу и вам буду высоко держать его и не склоню его ни перед лицом мавров, язычников или какого бы то ни было народа, который я могу встретить на своем пути, ни перед любой опасностью на море, в огне или в сраженье, буду всегда защищать и хранить его до самой смерти. И я клянусь, далее, что, преодолевая все трудности этого похода, который вы, мой король и господин, повелели мне предпринять, буду служить со всей преданностью, верностью, бдительностью и усердием, соблюдая и выполняя приказы, которые мне даны, пока не вернусь на это место, где я сейчас стою в присутствии вашего королевского высочества, по милости бога, для служения которому вы посылаете меня..."

Когда эта присяга была произнесена и знамя передано Гаме, ему были вручены приказы с указанием задач, которые возлагались на него в период путешествия, а также послания к нескольким государям и царям, к которым подобало направить такие послания. Среди них было также послание для священника Иоанна Индийского (так он именовался в этом королевстве) и царю Каликута, в соответствии с теми подробными сообщениями и данными, которые король дон Жуан получил из этих сторон...* Когда эти бумаги были вручены, король простился с ним [Гамой].

* (Это сообщение, невидимому, свидетельствует о получении отчетов Ковильяна.)

На этом церемония закончилась. Король удалился в свои покои. Васко да Гама и его капитаны стояли неподвижно, пока большие двери не закрылись за удалившимся монархом, а после того, повернувшись, покинули зал аудиенции. За ними шли офицеры, неся белый шелковый стяг с большим красным крестом. На следующий день Ортиш ди Вильягаш отслужил торжественную мессу для двора и мореплавателей, а затем Гама и его люди двинулись верхом на лошадях в столицу, где их ожидали корабли и команды.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






При копировании отдельных материалов проекта (в рамках допустимых законодательством РФ) активная ссылка на страницу первоисточник обязательна:

'GeoMan.ru: Библиотека по географии'